ОЧЕРКИ ИСТОРИИ АЛМАТЫ

поиск

содержание

Творчество В.Н. Проскурина

Творчество других авторов

награда

БРОНЗОВЫЙ ПРИЗЕР AWARD-2004

статистика



Rambler's Top100Rambler's Top100




«Очерки истории Алматы»
Краеведческие очерки В.Н. Проскурина

НЕЗНАКОМКА СНИМАЕТ ВУАЛЬ

П
осетить Дрезден, поглазеть на его архитектурные памятники, побродить по залам знаменитой Дрезденской галереи мне так и не удалось. В первый год моего пребывания в Германии случился «потоп века». Разлив Эльбы был самым разрушительным в Центральной Европе со времен средневековья. Была подтоплена и всемирно значимая художественная галерея. Энтузиасты боролись за ее сохранение, а, когда спала вода, вынесли из ее подвалов сотни кубометров грязи. В память о катастрофе в Дрездене сегодня установлен памятный знак, в виде геодезической рейки, с указанием верхней отметки уровня воды в Эльбе, за пределами девяти метров в августе 2002 года, и нижней, — меньше двух метров, годом позже.

Побродить по залам Дрезденской галереи у меня был свой интерес — томился встречей после долгих лет разлуки с «дамой в черном». Свидание ожидалось потрясающим, словно с близким человеком. Однажды незнакомка сняла вуаль таинственности. Случилось невероятное событие в Музее искусств Казахстана, после пристального внимания к ней и изучения облика реставраторами, научными сотрудниками «кастеевского» картинохранилища. Мне же посчастливилось подглядеть за таинством встречи и рассказать об этом удивительном детективе времени.

Однажды в фонды казахстанского музея была передана из художественного объединения Евгения Вучетича большая картина, вернее, портрет парадного стиля, под интригующим названием «Дама в черном». На полотне была изображена сидящая в кресле незнакомка на фоне драпированной античной колонны. Женщина полна спокойствия и задумчивости. Ее лицо озарено приветливой улыбкой. Голова и руки окружены мягкой игрой света и тени. Благородство лица сочетается с выразительностью плавного рисунка и мастерством передачи переливов черного бархатного платья и тончайших кружев светлого батистового платочка. Любовь к «даме в черном» возникла у меня, что называется, с первого взгляда.

В правом нижнем углу портрета читалась на латыни сохранившаяся монограмма. По сопроводительным документам картина числилась как произведение великого Карла Брюллова (он, мол, так подписывал свои работы итальянского периода). Портрет незнакомки был выставлен в отделе русского искусства 19-го столетия. Но выглядел он там, по оценке искусствоведов, явно не ко двору. Посетители музея посвящали картине свои восторженные отзывы, а сотрудники музея все больше сомневались в том, что картина написана известным русским художником. Высокое, но совершенно иное исполнение портрета позволяло предположить, что он принадлежит кисти мастера европейской школы. Пробовали картину выставлять даже в итальянском разделе экспозиции. Но и там она не «держалась».

Вот тут и представился тот счастливый случай. Аттрибуцией портрета начала всерьез заниматься старейший научный сотрудник музея Ираида Харлампиевна Кучис. Она внимательно просмотрела все альбомы и каталоги по зарубежному искусству начала 19-го столетия, какие можно было найти в провинциальной Алма-Ате, завела обширную переписку с сотрудниками музеев Москвы и Санкт-Петербурга. Результатом этой вдумчивой и кропотливой работы, и прежде всего музейной интуиции и эрудиции Кучис, стало изменение атрибуции картины как произведения художника немецкой школы. Но все это оставалось под большим вопросом. В карточке научного описания таинственной незнакомки появилась, правда, скромная аннотация исследователя: «По всей вероятности, работа принадлежит кисти немецкого мастера первой половины ХIХ века Карла Бегаса». И большой вопросительный знак в конце предположения.

В «Словаре художников Тиме — Беккера» об этом художнике сказано, что он — исторический и портретный живописец первой половины 19-го столетия, основоположник широко известной в Германии династии художников. «Дама в черном» из Алма-Аты сняла вуаль таинственности совершенно неожиданно. Хотя и закономерно. Как-то просматривая фундаментальную книгу-каталог, где были перечислены и частично воспроизведены полотна из музеев Германии, по тем или иным причинам утраченные в годы Второй мировой войны, наша незнакомка оказалась среди безнадежных потерь Дрезденской галереи. Под воспроизведенным портретом стояли полные данные: «Карл Бегас. Портрет певицы Вильгельмины Шредер-Девриен (1804-1860)». В книге сообщались краткие сведения о примадонне Берлинской придворной оперы. Шредер-Девриен была новатором в исполнительском искусстве, поклонницей музыки Р.Вагнера. Она была женщиной решительной и мужественной. В дни Революции 1848 года с балкона особняка пела «Марсельезу» перед идущими мимо демонстрантами.

Дальнейшее знакомство с прекрасной незнакомкой, увы, было недолгим и отнюдь не радостным. Картину было решено передать законному владельцу, вернуть в экспозицию Дрезденской галереи. Волнения, связанные со столь необычной историей картины, постепенно улеглись. О них напоминала лишь оставшаяся в отделе карточка научного описания с новой атрибуцией, да хранящаяся в библиотеке кастеевского музея репродукции «Дамы в черном». Ушла из жизни и дарохранительница, талантливый искусствовед Ираида Харлампиевна Кучис. Музей пополнился новыми сотрудниками. Но история судьбы картины Карла Бегаса продолжилась в новом поколении рествраторов.

Как-то была отправлена в научную командировку в Германию ученый секретарь музея имени Абылхана Кастеева Н.М.Вул. Ей предстояло посетить Берлин, Веймар, Дрезден, уточнить атрибуцию ряда картин немецких мастеров. Я передал с ней и страстный привет возлюбленной даме в черном. «Нашу» картину Наталья Вул увидела сразу, на стене, в большой золоченной раме, войдя в залы ХIХ-ХХ вв. Дрезденской галереи. Мне на память достался «Саксонский листок», где на обложке буклета была воспроизведена бывшая алма-атинская картина. В тексте ей было уделено особое внимание, как художнику Карлу Бегасу, так и личности самой примадонне Вильгельмине Шредер-Девриен, выделено словами, что сия работа вместе с портретами Лукаса Кранаха-старшего была передана «в числе экспонатов, опознанных сотрудниками советских музеев». Тем самым, была отмечена, хотя и завуалированно, поисковая работа казахстанских искусствоведов.

ПЕРСОНАЛЬНЫЙ САЙТ ВЛАДИМИРА НИКОЛАЕВИЧА ПРОСКУРИНА


© 1996-2016 Lyakhov.KZ — Большая энциклопедия Казнета