ОЧЕРКИ ИСТОРИИ АЛМАТЫ

поиск

содержание

Творчество В.Н. Проскурина

Творчество других авторов

награда

БРОНЗОВЫЙ ПРИЗЕР AWARD-2004

статистика



Rambler's Top100Rambler's Top100




«Очерки истории Алматы»
Стихийные явления

ЧЕРНЫЙ ДРАКОН

М
ы привыкли думать, что горы незыблемы. Но на самом деле они меняются. И если раньше на это уходили миллионы лет, теперь достаточно и десятилетия. Глобальное потепление климата в первую голову ощущается там, наверху, где ледники, где рождается и копит силы сель. Наши горы изменились. А значит, мутировал и «черный дракон». Сегодня плотины Заилийского Алатау — недавние наши гордость и защита — как бутафорские картонные доспехи.

Жар костей не ломит?

До недавнего времени считалось, что крупный сель в отдельно взятом бассейне сходит один раз в 75-100 лет. Так бы, вероятно, и происходило, но пресловутое глобальное потепление климата спутало все карты. Отечественные климатологи признают, что за последние 100 лет на территории Казахстана температура поднялась более чем на один градус. Причем наиболее интенсивный рост пришелся на последнее десятилетие.

Тепловой удар первыми принимают на себя горы. Линия ледников поднимается, их площадь становится меньше, крупные дробятся на более мелкие. При этом в результате возросшей дождевой активности на склонах гор многократно увеличились потенциальные объемы той массы, которая способна питать селевые потоки.

СОЛДАТЫ

Сель есть, ума не надо

30 лет назад наши знания о селях были недостаточными, для того чтобы делать точные прогнозы. При разработке плотин проектировщики опирались на условия, отличные от сегодняшних. Селеприемные емкости, т. н. селехранилища, рассчитывали на те объемы и ту дождевую активность, которые преобладали в ХХ веке. Теперь многие селехранилища оказались ничтожно малы в сравнении с потенциальными объемами будущих селей. Сейчас крупный сель в бассейне любой из рек, кроме, пожалуй, Малой Алматинки, способен многократно превысить объемы селехранилищ.

Но и это еще не все. Ученые считают, что рост селевой активности поставит нас перед ситуацией, когда мощные сели будут сходить по два и более раз в год. И если даже первый сель плотина удержит, следом за ним через незначительное время может прийти еще один, и еще… Для последующих же селей на длительный промежуток времени препятствия не будет: накануне плотина уже выполнила свою функцию. Для того чтобы она вновь вступила в строй, потребуется много времени, которого в сегодняшних условиях просто может не оказаться. Поэтому основная задача, которую решают ученые-селевики сегодня, — разработка комплекса превентивных мер по опорожнению моренных озер, самопроизвольный сброс которых становится очагом зарождения селя. Кроме того, есть предложения по использованию превентивных мер, направленных на ликвидацию очагов зарождения селей дождевого генезиса.

Как это (не) работает

Но проблема еще и в том, что мы не готовы встретить этого мутировавшего «черного дракона» во всеоружии. Два фактора — фактор времени и так называемый человеческий (или, попросту, халатность) — поработали достаточно в ХХ веке, чтобы угроза оказалась явной и без тех вызовов, который нам бросает век ХХI.

В любое время — в спокойном режиме или в момент сошествия селя — сквозь плотину должна проходить только вода! Поэтому наиболее сложная часть плотины — водосбросное сооружение. Его стоимость может достигать тридцати процентов полной стоимости плотины.

Со стороны гор водосбросное сооружение закрыто мощными железными решетками. Решетки тоже необычные. Это наборы вертикально расположенных стальных пластин толщиной 20-25 миллиметров и шириной в четверть метра каждая. Пластины ребром встречают атаку селя. И им отведена тоже далеко не второстепенная (если не главная!) роль. Они защищают достаточно узкий водосбросный тоннель от крупных валунов и пропускают только мелкие камни и воду. Очень важно, чтобы решетка выдержала и первый удар селя, и то колоссальное, до двухсот тонн на квадратный метр, последующее давление селевой массы. Иначе тоннель забьется, вода, не имея выхода, станет обводнять тело плотины. А это может привести к разрушению последней. Плотина, особенно грунтовая, сама станет частью селевого потока.

Объекты противоселевой защиты города и области являются государственной собственностью. Их эксплуатация и техническое состояние входит в круг забот ГУ «Казселезащита» под опекой АЧС. Ежегодно в преддверии селеопасного сезона Республиканское агентство по ЧС создает авторитетную комиссию из представителей ГУ «Казселезащита», института «Казгидропроект», специалистов других ведомств. Комиссия обследует селезащитный комплекс Заилийского Алатау на предмет готовности к опасному сезону и выносит предписания по ремонту и восстановлению сооружений. Каждый год ряд дефектов или недоделок с завидным постоянством вновь попадают в предписания с пометками: «в обязательном порядке», «восстановить», «реконструировать», «выполнить», «завершить». Обратимся к заключению, сделанному семь лет назад в отношении некоторых плотин. Тех, что вызывали наибольшую тревогу тогда. И посмотрим, в каком состоянии находятся сооружения сегодня.

БУЛЬДОЗЕР

Коротка кольчужка!..

Плотина в бассейне реки Узункаргалы. Этот бассейн характеризуется высокой степенью селеопасности. В 1991 году плотину сдали в эксплуатацию. Однако, как у нас часто складывается, — сдали ее с недоделками.

Во-первых, в верхней части плотины отсутствуют горизонтальные железобетонные блоки, толщина которых должна быть не менее 70 см (без коренной реконструкции установить их теперь невозможно), во-вторых, при изготовлении решеток некоторых окон использовали обыкновенную арматуру и тонкий металлический профиль.

«Эти решетки скорее годятся для кроватных сеток, нежели для защиты от селей», — отозвался об этом отступлении от проекта один из членов комиссии, доктор наук, который занимается изучением селевых явлений более двадцати лет!

В некоторых ярусах решетки вообще не установлены. То есть водосбросное сооружение плотины (см. выше) не просто имеет некоторые недостатки, — совсем не выполняет своих функций! В случае если сюда придет сель, крупные камни, не встретив никакого препятствия, устремятся в тоннель и закупорят его. Вода, не имея возможности уходить, будет накапливаться в селеприемнике и обводнять тело плотины, пока не начнется перелив через гребень. В данном случае это опасно еще и потому, что при производстве плотины использовано то, что было под рукой — прямо в долине, на месте строительства — глина, песок и гравий. Обводненное тело плотины станет зыбким и под действием скопившейся грязекаменной массы будет сдвигаться. Движение приведет к разрушению плотины, тело которой еще и станет питанием селя! Последствия могут быть еще хуже, чем если бы плотины не было вовсе. Поток устремится дальше и в считанные минуты накроет поселок Фабричный, раскинувшийся у входа в ущелье. А это сотни домов и тысячи жителей!

Другой объект, вызывающий тревогу у специалистов, — плотина на Большой Алматинке. Бассейн реки относится к первой категории селеопасности, характеризуется высокой сейсмичностью. За последние 75 лет здесь формировались сели, близкие к катастрофическим. А селевой поток 1977 года является самым крупным из всех наблюдавшихся на территории Казахстана! Однако и здесь есть дефекты и отступления от проекта, которые делают надежную, крепкую железобетонную ячеистую плотину уязвимой. В тех же решетках нижнего яруса водосбросного сооружения, там, где несет свои воды река, вырезаны несколько пластин. Один из проектировщиков плотины, бывший в свое время инженером проекта, объяснил ситуацию так: пластины убрали, чтобы они… не мешали проходу древесного мусора, принесенного паводковыми водами.

Бассейн реки Иссык (Есик) специалисты называют исключительно селеопасным. Здесь неоднократно сходили крупные сели, многие из которых приносили значительный материальный ущерб и человеческие жертвы.

В этом году здесь обошлось без жертв. Сель был вызван затяжными дождями в июле. Он сформировался в примыкающем ущелье ниже плотины и не носил характер катастрофического. Но и его мощности хватило, чтобы полностью разрушить четыре моста и унести около пяти километров дороги.

Плотина, что расположена значительно выше по течению реки, внешне выглядит надежно. Водосбросный тоннель неприступен, ни одной лазейки! Но это — лишь на первый взгляд. Тоннель берет начало в озере Иссык. От озера до плотины он заключен в 100-метровый коллектор. По мнению некоторых специалистов, в качестве верхнего перекрытия тоннеля использованы несоизмеримо слабые железобетонные плиты — около 30 см толщиной. Даже если их не сломает, камни найдут другую дорогу — через два полуметровых проема между плитами. Поскольку эту брешь прикрывают лишь сварные решетки из тонких арматурных прутков.

Бассейн реки Каскелен относится к первой категории селеопасности. Плотина-селеуловитель сдана в эксплуатацию в 1984 г. и отличается от всех остальных плотин Заилийского Алатау своей конструкцией. В 1986 г. плотина выдержала воздействие относительно небольшого селя и считалась надежной, пока в 1999 г. мощный сель не разрушил на Кавказе плотину, выстроенную по тому же проекту.

Наконец, наша гордость и символ — урочище Медео. Плотина здесь наиболее надежная. Но сооружения, расположенные ниже плотины и спорткомплекса, все же подвержены риску. Со всей очевидностью это показал небольшой сель 1999 года, когда потоком из примыкающего к Малой Алматинке ущелья Бедельбай разрушило участок шоссе, ведущего на плотину, и три моста. На ликвидацию последствий было затрачено около 400 млн тенге. Опасность затаилась и в ущелье Кимасар, ниже спорткомплекса. Гостиница, что расположена у входа в ущелье, в случае сошествия селя будет разрушена первой.

Человеческий фактор

Да, сегодня уровень знаний о селях неизмеримо выше. Однако… Может показаться неправдоподобным, но изучение селевых явлений уже почти десять лет ведется по инициативе самих ученых, без государственного финансирования. Одно время, как ни странно, помогали голландцы, хотя у них селей нет, потом оказывали поддержку швейцарские коллеги. Научный мир высоко ценит наши наработки в этой области. Ну а мы? Когда же мы вновь серьезно займемся проблемой защиты сограждан от возможной катастрофы?

Попытки прокомментировать ситуацию со стороны руководства ГУ «Казселезащита» в лице заместителя начальника Виноходова успеха не принесли. Вадим Николаевич неохотно принял нас, отказался от интервью и лишь в приватной беседе посетовал на слабое финансирование.

Сложно заподозрить руководство ГУ «Казселезащита» в том, что оно не ведает об истинном положении дел на вверенных объектах. Но, видимо, какие-то более важные проблемы отвлекают от решения ежегодных и, по-видимому, уже надоевших вопросов. Чем иначе можно объяснить, например, тот факт, что уже более четверти века из различных ведомств раздается глас ученых и специалистов о необходимости скорейшего пересмотра всего комплекса противоселевых мер? Об этом еще в 1981 году заявляли председатель селевой комиссии АН СССР профессор МГУ С. Флейшман и тогдашний начальник ГУ «Казселезащита» А. Хегай! С тех пор попытки решить проблему на различных уровнях предпринимались неоднократно. Но так ничего и не сдвинулось с мертвой точки.

Тем, чья сознательная жизнь пришлась на 80-е годы прошлого века, такая ситуация может показаться понятной. Времена «великого долгостроя», приписок и замалчивания. Потом грянула перестройка и передел собственности. Все страны бывшего Союза ступили на путь проб и ошибок. До конца 90-х экономику страны лихорадило так, что уделять внимание вопросам устранения «всего лишь» возможной опасности, было просто нерационально.

Времена меняются… Мы фиксируем стабильный рост экономики и благосостояния. Мы собираемся строить ТОКАМАК! Наконец, мы завидными темпами строим огромный город, новую столицу республики. И в то же время не уделяем должного внимания безопасности ее граждан! Меж тем проблема требует к себе самого пристального внимания на уровне правительства и Агентства по ЧС. Иначе «черный дракон» одолеет нас.

© Константин МАСКАЕВ
Опубликовано в газете «Новое поколение», 12 декабря 2003 г.

ПЕРСОНАЛЬНЫЙ САЙТ ВЛАДИМИРА НИКОЛАЕВИЧА ПРОСКУРИНА


© 1996-2016 Lyakhov.KZ — Большая энциклопедия Казнета